Рожденная во льду [= Ледяная лилия ] - Нора Робертс

– Не буду. А ты проследи, чтобы она тоже отдохнула, – приказала Мегги Грею. – Ведь Бри ведет и свое, и наше хозяйство.

– Лайам растет как на дрожжах, – растроганно сказала Бриана, выйдя вместе с Греем на дорогу. – И уже улыбается. Смотрит на. тебя – и улыбается! Интересно, о чем думают младенцы в такие минуты?

– Должно быть, о том, что их новая жизнь будет совсем не похожа на предыдущую, – задумчиво предположил Грей.

Бриана удивленно повернулась к нему.

– Неужели ты веришь в такие вещи? Нет, правда?

– Естественно. Одна жизнь – это, по-моему, просто нонсенс. С первой попытки ее никому не удается прожить по-человечески. А в ваших краях я каждую минуту постоянно слышу отголоски былых жизней.

– Знаешь, мне порой тоже кажется, будто я уже была здесь когда-то. – Бриана потрогала красные цветы фуксии, кустами которой была с двух сторон обсажена дорога. – Но только в другом обличье.

– И что же тебе кажется? Расскажи!

– В воздухе разлит покой. Дорога узкая, но хорошо утрамбованная. Пахнет горелым торфом. Я устала, но это приятная усталость, потому что я возвращаюсь домой к человеку, который меня ждет. Порой я даже вижу, как он стоит на пороге и машет мне рукой. – Бриана запнулась и помотала головой, словно отгоняя наваждение. – Хотя. все это глупые выдумки.

– Нет, – Грей сорвал полевой цветок и протянул его Бриане, – это не выдумки. В первый день, когда я сюда приехал, я пошел на прогулку, и у меня возникло отчетливое ощущение, будто бы я все это уже видел.

Он порывисто обернулся и поцеловал Бриану.

И в который раз перед мысленным взором Грея промелькнула знакомая картина: они стоят обнявшись, и его губы прижаты к ее губам.

Это тоже станет воспоминанием.

Грей поспешно отогнал неприятные мысли и решил, что пора попытаться склонить Бриану к поездке в Америку.

– Рогану нужно съездить ненадолго в Дублин. Он берет с собой Мегги и Лайама.

– Да что ты говоришь? – Бриана явно расстроилась. – Хотя, конечно, они ведь живут на два дома. Я совсем забыла об этом.

– Ты будешь по ним скучать?

– Разумеется.

– Я тоже отлучусь на несколько дней.

– Куда? – не совладав с собой, панически вскрикнула Бриана. – Куда ты собрался?

– В Нью-Йорк. На премьеру. Помнишь, я тебе говорил?

– Ах да… – Она натянуто улыбнулась. – Для тебя это такое большое событие.

– Если ты поедешь со мной, тогда это действительно будет большим событием.

– Я? С тобой? – Бриана застыла как вкопанная. – В Нью-Йорк?

– Да всего дня на три-четыре. – Грей снова обнял Бриану и закружился с ней в вальсе. – Мы поселимся в отеле «Плаза». Полетим на «Конкорде». Ты и опомниться не успеешь, а мы уже будем в Нью-Йорке. Можем заодно посетить Всемирную галерею, – добавил он, вспомнив совет Рогана. – Мы пройдем по всем туристским маршрутам, будем обедать в невероятно дорогих ресторанах. Ты возьмешь на память еще несколько меню.

– Но… я не могу. Честное слово! – Голова Брианы кружилась, но не от вальса. – Моя гостиница…

– Миссис 0'Малли охотно тебя заменит. Я прошу тебя поехать со мной, Бриана. Премьера – это, конечно, очень важное событие, но без тебя мне будет одиноко. А мне хотелось бы совместить приятное с полезным.

– Но Нью-Йорк…

– Да до него на самолете рукой подать! Мерфи с удовольствием присмотрит за Коном, а миссис – 0'Малли спит и видит, как бы похозяйничать в твоей гостинице.

– Ты уже с ними поговорил, да? – Бри попыталась остановиться, но Грей кружился без передышки.

– Разумеется, поговорил. Я же знал, что, если все не уладить заранее, ты не согласишься.

– Да, но я не могу…

– Сделай это для меня, Бриана. – Грей безжалостно пустил в ход самое надежное оружие и проникновенно произнес: – Ты так мне нужна там!

В ответ раздался долгий, глубокий вздох.

– Грейсон!

– Значит, да?

– Да, – кивнула Бриана и рассмеялась. – Я совсем сошла с ума.

Спустя два дня Бриана уже летела в «Конкорде» над Атлантикой, и сердце у нее уходило в пятки. Собственно говоря, оно там и было с того самого момента, как она закрыла свой чемодан. Взять и отправиться в Нью-Йорк! Переложить все дела на постороннего человека! Конечно, человек этот опытный, надежный, но все-таки…

Что ни говори, а она явно сошла с ума!

– Нервничаешь? – Грей поднес ее пальцы к губам.

– Зря я так поступила, Грей. Не знаю, какой бес в меня вселился.

Хотя на самом деле все она знала. Бес этот звался Грейсоном Теином. И он завладел всей ее душой без остатка.

– Ты расстраиваешься из-за матери? О, это было ужасно! Бриане пришлось выслушать столько жестоких слов, обвинений и мрачных предсказаний! Однако она не стала посвящать в свои неприятности Грея. Что поделаешь, если Мейв и слышать о нем не желает?

– Да я просто упаковала вещи и уехала, – пробормотала она.

– Тоже мне «просто»! – расхохотался Грей. – Да ты составила десяток списков, наготовила еды на целый месяц и надраила все в доме до блеска…

Но тут смех застыл у него на губах. До Грея дошло, что Бриана до смерти перепугана.

– Ну-ну, солнышко^ не бойся, – принялся уговаривать ее Грей. – Нью-Йорк совсем не так плох, как о нем рассказывают.

Однако дело было не в Нью-Йорке, а в Грее. Бриана вдруг отчетливо осознала, что она ни ради кого больше (кроме родственников, разумеется) не пошла бы на такое безрассудство. Да, Грей стал ей жизненно необходим. Без него она уже не мыслила своего существования.

В аэропорту их ждал лимузин. Хорошо, что Роган и Мегги однажды уже прокатили ее в такой роскошной машине! А то Бриана была бы совершенно подавлена этим великолепием. На плюшевом сиденье лежало три дюжины белых роз и бутылка ледяного шампанского «Дом Периньон».

– Грейсон! – потрясенная Бриана уткнулась носом в букет.

– Я просто хочу, чтобы ты порадовалась жизни. – Грей откупорил бутылку и до краев наполнил бокалы пенящимся шампанским. – А я как радушный хозяин покажу тебе все достопримечательности Большого Яблока.

– Интересно, почему Нью-Йорк так называют?

– Понятия не имею. – Грей чокнулся с Бриа-ной. – Выпьем за самую красивую женщину в мире!

Бри покраснела и смущенно пригладила растрепавшиеся волосы.

– Но лучше всего ты смотришься в своем фартуке, – продолжал Грей. Бриана рассмеялась, а он придвинулся к ней поближе и, покусывая губами мочку ее уха, прошептал: – Надеюсь когда-нибудь тебя в нем увидеть.

– Да я его каждый день надеваю!